Сегодня: 20.08.19
логин
пароль
Рекламные ссылки:

Сегодня 20 августа 2019 года

  
Рубрики:  КЛИМАТ НАШЕГО БИЗНЕСА  ВЛАСТЬ  РИСКИ  ДЕНЬГИ   ДЛЯ ПОЛЬЗЫ ДЕЛА  НАШ КВАДРАТНЫЙ МЕТР  КЛУБ МАРКЕТОЛОГОВ  BAIKALLAND  НАШЕГО УМА ДЕЛО  ДОРОЖЕ ДЕНЕГ  БИЗНЕС-ЛАНЧ  PDF-ВЫПУСКИ  1  2  3  4  5  6   7                        ГОСЗАКАЗ И КОММЕРЧЕСКИЕ ТЕНДЕРЫ                      *  
 

ДОРОЖЕ ДЕНЕГ


ВОДНЫЙ МАРШРУТ НА АВТОМОБИЛЯХ

Путешествие "Байкальских амазонок" по Монголии и Горному Алтаю (продолжение)

Елена Веселкова, специально для "ИТГ"

ХАТГАЛ

Этот небольшой населенный пункт на южном берегу Хубсугула -- просто туристическая Мекка по монгольским масштабам. В этом небольшом поселке около десятка туристических баз и кемпингов. Нам рассказали, что цена на проживание в них достаточно высокая -- до 30-50 долларов. Мы, однако, довольно быстро нашли кемпинг, в котором можно было поставить палатки, машины и развести костер -- всего за 50 рублей с палатки. Рядом -- лес, поэтому проблем с дровами не было. Вполне приличный туалет и включенный на два часа вечером генератор (мы зарядили аккумуляторы для камеры и фотоаппаратов) сделали наше проживание абсолютно комфортным. Тем более, что к ужину был честно заработанный нами баран.

Любопытные детали. Вокруг нашего лагеря бродили европейского вида волонтерши и щипцами собирали всякий мелкий мусор. Туристы прибывают в Хатгал из Улан-Батора, куда добираются самолетами и поездами. Из Ханха на машинах, как мы, не приезжает никто. Про паром, на котором можно пересечь озеро с севера на юг, нам сообщили, что, в принципе, это возможно. Однако паром выходит в море только по спецзаказу и стоит это удовольствие -- порядка 100 тысяч рублей за рейс. Заказы случаются редко, однако паромщик сидит на берегу в полной боевой готовности и в течение всего сезона получает заработную плату.

Раньше в Хатгале была швейная фабрика и другие производства, однако теперь все заброшено. Земля на побережье раскуплена и разобрана частниками, которые зарабатывают деньги на турбизнесе. По Хатгалу ездит много джипов с монгольскими номерами. Топливо -- только солярка и 80-й бензин. Поскольку летом в Хатгале нет света, качать бензин нужно вручную -- крутя ручку бензоколонки (в дальнейшем мы не раз будем заправляться на таких станциях).

Купаться в Хусугуле нам не рекомендовали. Заместитель главы местной администрации сообщила, что это не принято: "...мы оттуда воду пьем, если хотите купаться -- езжайте на реку". Монголы рекомендовали нам, чтобы помыться, набирать воду в ведра и уходить подальше от берега.

На выезде из Хатгала с нас потребовали плату за посещение заповедника. Мы предъявили купленную на границе путевку (стоимость -- 100 рублей с человека), и нас беспрепятственно выпустили. Нам предстояло доехать до Мурена, и оттуда -- повернуть на запад, в сторону границы с Алтаем.

МУРЕН

От Хатгала до Мурена -- около ста километров. Дорога после хубсугульской показалась нам легкой и гладкой. Справа осталось большое озеро, около которого тоже были кемпинги (этот район Монголии действительно раскручен под турбизнес). В одном месте около дороги продавался кумыс в пластиковых бутылках. Торговали им дедушка-монгол с внуком. Они сообщили, что дальше по нашему маршруту кумыса уже не будет -- его там не делают. Это правда: больше мы с этим напитком не встречались. Стоил он -- 250 тугров за маленькую бутылочку, 750 тугров -- за литровую (около 20 рублей).

Мурен -- центр хубсугульского аймака (= районный центр). Там есть народный хурал, сотовая связь и Интернет. Нам нужно было найти главу хурала, чтобы получить у него подробные сведения о дальнейшей дороге и, по возможности, попросить проводника. Но он оказался в отъезде, и нас отвели к главе местной администрации. Этот человек, восседающий за совершенно пустым столом, на котором, однако, стояло несколько телефонных аппаратов, не помог практически ничем. Он не знал даже расстояния от Мурена до границы. По его информации, нам нужно было проехать полторы- две тысячи километров. Он начал показывать нам карту и таблицы расстояний. Из них не без труда удалось выяснить, что весь оставшийся путь составляет более 900 км. С этой проблемой мы будем не раз сталкиваться в дальнейшем: люди знают расстояние до ближайшего населенного пункта -- и все. Глава местной администрации не владел информацией по поводу качества дороги, он сказал лишь, что если пойдут дожди, проехать будет непросто, и рекомендовал расспрашивать по дороге пастухов, которые слушают прогноз погоды по радио ежедневно в пять часов вечера. По поводу топлива на этом отрезке пути -- тоже самые туманные сведения...

Пока несколько человек из группы наносили визит в местную администрацию, остальные отправились на местный рынок, в банк и в магазин. Впечатления от этих походов остались самые неблагоприятные. В банке меняли только доллары. В супермаркете нам отказались выдать чек и пытались взять деньги мимо сканера, читающего штрих-коды. На рынке в обозревателя "Российской газеты" Олега Нехаева запустили поленом. На автомобильном рынке продавались только "бэушные" запчасти. Мурэнцы были готовы оказать любую услугу, но -- за деньги (вечером мы попросили водительницу такси показать нам выезд, она потребовала за это две с половиной тысячи тугров). На почте не давали квитанций за оплаченные переговоры. В интернет-центре не было связи -- правда, обслуживала его очень милая девушка, которая без проблем взяла наши файлы (текст и фото) и аккуратно отправила их после нашего отъезда. Олег Нехаев тут же вспомнил, что читал в Интернете самые неблагоприятные сведения о Мурене: население пьет, хамит и пытается всех обмануть. Поэтому туристам рекомендуют стараться как можно скорее покинуть этот город.

Вечером мы накачали полные баки и канистры топлива (в запасе было 140 литров 92-го бензина и 30 литров солярки) и отправились на ночевку на речку, которая, как выяснилось, впадает в Селенгу.

МУРЕН-УЛАНГОМ

До следующего крупного города -- Улангома -- мы ехали четыре дня. Расстояние -- около 700 км. Это была самая красивая и непредсказуемая часть нашего маршрута по Монголии. Дорога поднималась на холмы и спускалась в ложбинки, забиралась на отвесные перевалы и резко падала вниз, петляла вдоль речек и огибала болота. По обеим сторонам были горы: справа Саяны, слева -- Алтай. На этом участке мы преодолели несколько очень серьезных перевалов. Один из них назывался "Синий перевал". Подъем на него был сплошным серпантином и тоже напоминал Култук, но выглядел и ощущался во много круче култукского подъема. На вершине, разумеется, оказался Ово, а чуть выше верхней точки перевала ` a/.+ # +ao Субурган (небольшая культовая ступа). По обеим сторонам открывался необыкновенный вид: долины, сопки и горы. Позади -- зеленые, впереди -- синие... Мне показалось, что перевал потому и назвали "синим" -- по цвету пейзажа. Но встреченные нами монголы выдвинули другую версию. Они сказали: поднимаешься, поднимаешься, голову задерешь, чтобы посмотреть -- далеко ли еще, а вверху только синее небо...

В первый же день пути от Мурена несколько раз ломалась красная "Нива". Сначала полетел подшипник на полуоси, потом отвалился глушитель, потом сломалось новое стопорное кольцо на той же полуоси. Надо сказать, что менять подшипник в полевых условиях -- задача не из легких. Чтобы надеть на ось, его нужно нагреть. Мы, заметьте, предвидели подобную проблему и перед пробегом купили полуось в сборе. Однако как только она понадобилась, выяснилось, что эта ценнейшая запчасть осталась в Улан-Удэ -- в одной из провожавших нас машин. Поэтому механику Ивану Дружинину пришлось решать проблему подручными средствами. Решил. Подшипник разогрел паяльной лампой, а как делал все остальное, мы даже не видели. Но машина -- после трехразового в этот день ремонта -- благополучно добралась сначала до Новокузнецка, а потом, после небольшого ремонта подвески -- и до Иркутска.

Пока механик чинил машину, девчата собирали шампиньоны. Их было необыкновенно много: целые поля. Дежурные сварили вкуснейший суп с грибами, но часть команды, страдающая разного рода фобиями, вообразила, что монгольские шампиньоны чем-то отличаются от российских. После первой же ложки им стало казаться, что у них немеют языки (суп был горячим). Через 10 минут команда дружно обсуждала, через сколько часов мы все умрем. Чудесный суп так и не доели, а грибов, которых было еще видимо-невидимо, больше никто не собирал. Жалко: суп действительно был вкусным. И никто, кстати, не только не умер, но даже животом не страдал.

По дороге в Тэс мы слегка заблудились: приехали в Баянтэс (все монголы, у которых мы спрашивали дорогу на Тэс, четко показывали на Баянтэс). Пришлось устроить незапланированную ночевку. На следующий день мы взяли правильное направление и, оказавшись в чистом поле, наконец-то сумели развить довольно приличную скорость (до 80 км/ч). Быстро нашли Тэс и заехали в него за водой. В этом небольшом селении на нас напали... полицейские. Они начали требовать документы, проверять наличие аптечки и даже заставили помигать фарами и поворотниками. Позже один из полицейских довольно нагло залез в синюю "Ниву", вытащил из магнитофона кассету и начал требовать поставить монгольскую музыку. Стоило, впрочем, на него прикрикнуть -- и он убрался. Однако столь нахальных полицейских мы не встречали ни до, ни после Тэса. Впрочем, нас еще ждали неприятности с полицией -- в Улангоме. И все-таки интересно, что другие туристы, путешествовавшие в этих местах, именно в рассказах про Тэс упоминают монгольскую полицию...

Вернемся, однако, к пейзажам. На третий день пути мы оказались в пустыне: справа были самые настоящие барханы, а вокруг рос саксаул. Дорога прошла по краю самой северной пустыни мира -- Зуунгови. Мы побродили по горячему песку и отправились дальше. Поздним вечером дорога привела нас... к морю.

УБС-НУУР

Убс-Нуур -- самое большое соленое озеро Монголии. Мы приехали к нему уже поздно вечером, в темноте. Дорога лежала немного в стороне, и наши временные попутчики -- монголы на "УАЗике" -- остановились, чтобы показать место, где нужно было свернуть к берегу. Они махнули рукой в нужном направлении, загрузились в "УАЗик" и уехали. Нам следовало ехать по полю -- безо всякой дороги, через кустарники и саксаул. Это было неприятно: можно было угодить в яму, налететь на камень или увязнуть в болоте. Красная "Нива" отправилась на разведку. Берег оказался довольно близко (метров через 400), а путь к нему -- совершенно безопасным. Через 15 минут все машины были на месте -- у кромки песчаного пляжа.

В темноте мы не видели самого Убс-Нуура, но пахло морем -- солью и йодом. Дул сильный ветер, шумел прибой. Вода была удивительно теплой. Наутро оказалось, что противоположного берега совершенно не видно, а волны самые настоящие -- как на Балтике, только немного меньше. В общем, Убс-Нуур больше похож на море, чем на озеро. С тем же Хубсугулом у него нет ничего общего. Было непонятно -- почему здесь так пустынно. Благодатнейшее место, однако вокруг -- ни людей, ни построек. В любом другом месте планеты здесь было бы тесно от турбаз, кемпингов и палаток.

Между тем ветер был действительно сильный. Прямо-таки ураганный. Опасаясь дождя, мы принялись натягивать тент-кухню. Это оказалось непросто: стойки падали, вырывая колышки из мягкого грунта. Мы поставили машины буквой "П" и привязали тент сразу к трем автомобилям. Кухня продержалась несколько часов, но ночью ее таки сорвало. Четыре человека, отважившиеся лечь спать в этом хлипком жилище, вынуждены были срочно эвакуироваться в палатку. До конца ночи мы ждали, что палатки будут снесены, но эта чаша нас миновала: видимо, благодаря тому, что мы крепко прижимали их к земле своими телами. Утром мы спрашивали друг у друга (больше спросить было не у кого): всегда ли здесь такой ветер. Может быть, потому и нет никого -- ни людей, ни турбаз.

За полдня, проведенные на Убс-Нууре, мы немного привыкли к ветру и уже не замечали его. Наплавались в волнах, смыли с себя дорожную пыль, выстирали одежду (вода оказалась не чрезмерно соленой). Набрали в бутыль немного Убс-Нуура, решив, что столь прекрасное озеро, безусловно, достойно нашей церемонии обмена вод. Мысленно внесли его имя в название нашего маршрута. И с сожалением отправились далее на восток. Мы еще долго оглядывались назад: вид был совершенно неповторимым. Зелено- голубое, с пенными бурунчиками волн, озеро выглядело величественно. Линия горизонта искривлялась мягкой дугой: как и на море, на Убс-Нууре было заметно, что земля круглая.

УЛАНГОМ

Асфальт! Он начался на въезде в город, присутствовал на всех улицах и простирался за пределы Улангома -- мы проехали по нему около 20 км. В городе были также четырехэтажные дома, и кое-где на окнах стояли пластиковые рамы. За въезд в Улангом пришлось заплатить -- 120 рублей с команды (по 10 рублей с человека).

Единственное, что мы знали об этом городе до визита в него, -- это про памятник Цэденбалу (последнему монгольскому генсеку). Путешествующие до нас пишут: это единственный город Монголии, где есть памятник этому народному герою. Увы, оказавшись на /+.i $(, где установлен этот памятник, мы его сначала даже не заметили. За что были сурово наказаны. Дело в том, что именно на этой площади расположена почта и интернет-кафе. Когда мы приехали туда всей командой, поставили машины на соседней улице и прогулялись на почту пешком. Позже, когда приехали на местный рынок, выяснилось, что наш главный спец по Интернету Марина Ерюшина оставила там сумочку. Марина вместе с Натальей Аюровой вернулись за сумочкой на "Делике". Поскольку никаких знаков перед въездом не было, подъехали прямо к почте. Тут-то их и схватила злобная монгольская полиция. Девчат забрали в участок, расположенный тут же, и продержали довольно долгое время. Их обвинили в неуважении к Цэденбалу, однако никаких санкций применять не стали. Просто долго не отдавали документы -- и все. Намекнули лишь, что в России милиция тоже бывает плохо расположена к монголам. Все это продолжалось до тех пор, пока какая-то сердобольная сотрудница не подошла к злобной начальнице (заметьте, все главный действующие лица -- женщины!) и не сказала: отпусти, чего ты их держишь...

Пока две амазонки томились в "монгольских застенках", все остальные исследовали местный рынок. Поменяли деньги (40 тугров за 1 рубль) и наконец-то, впервые за пробег, купили подарки и сувениры (к самому закрытию рынка прибыли жертвы Цэденбала на "Делике", и лишь тогда мы узнали, что едва не лишились своих подруг). Поужинали в небольшом отеле (на вывеске он значился как четырехзвездочный!), где нам смогли предложить только овощное рагу, так как одновременно кормили иностранных туристов. Воспользовались -- тоже впервые за пробег -- цивилизованным туалетом. А вот воспользоваться электрифицированной заправкой нам так и не удалось: по причине отсутствия света. На вопрос, когда включат свет, нам ответили: вот телефон, завтра звоните -- узнавайте. Пришлось ограничиться заливкой соляры в "Делику" и 80- го бензина в красную "Ниву" (эти виды топлива продавались на механических АЗС). Синяя "Нива" осталась незаправленной, но в ней было еще полбака бензина, которого, по нашим расчетам, должно было хватить до границы (около 240 км). Мы еще не знали, что впереди у нас не граница, а другой город -- Олгий, заезжать в который мы вовсе не планировали. И отнюдь не 240 км пути. И бензина все-таки не хватит, хотя синяя "Нива", как выяснилось, запросто может отмахать 70 км на пустом баке...

Продолжение репортажа об автопробеге "Великие озера Азии", осуществленном с 31 июля по 22 августа 2005 года клубом "Байкальские амазонки" при содействии НК "Иркутск", АО "Иркутскнефтепродукт" и "Российской газеты", читайте в следующих выпусках "ИТГ".

16.09.05


  На первую страницу
  Cмотреть анонсы всех последних публикаций рубрики
  Cмотреть в архиве рубрики

Рекламные ссылки:

   
Написать отклик: itg@tinf.irk.ru
  
Условия размещения рекламы на сайте
Подписка на издание
Выходные данные