Сегодня: 25.05.17
логин
пароль
Рекламные ссылки:

Сегодня 25 мая 2017 года

  
Рубрики:  КЛИМАТ НАШЕГО БИЗНЕСА  ВЛАСТЬ  РИСКИ  ДЕНЬГИ   ДЛЯ ПОЛЬЗЫ ДЕЛА  НАШ КВАДРАТНЫЙ МЕТР  КЛУБ МАРКЕТОЛОГОВ  BAIKALLAND  НАШЕГО УМА ДЕЛО  ДОРОЖЕ ДЕНЕГ  БИЗНЕС-ЛАНЧ  PDF-ВЫПУСКИ  1  2  3  4  5  6   7                        ГОСЗАКАЗ И КОММЕРЧЕСКИЕ ТЕНДЕРЫ                      *  
 

4


И ОДИН В ПОЛЕ ВОИН, ЕСЛИ ОН -- ТАЕВСКИЙ

Протест иркутян против трубы (прокладки нефтепровода в

непосредственной близости от Байкала), безусловно, стал для

Сибири и, пожалуй, для всей страны, событием года. Тысячи

горожан, не раз выходивших на улицы города для того, чтобы

отдать свой голос в защиту Байкала, массовые шествия, так

живо напоминавшие демонстрации советского образца, но на

этот раз - действительно добровольные, необыкновенный

подъем и единение людей разных взглядов (над толпой

развевались флаги буквально всех политических партий),

готовность народа "идти до конца" (ехать в Северобайкальск

и разбивать палатки на маршруте) - все это напугало Кремль

и вдохновило народ. Оказалось, что сибиряков, считающихся

народом рассудительным и спокойным,  очень даже можно

расшевелить - стоит только покуситься на святое...

 

Удивительно, но в других регионах страны многие до сих пор

уверены: акции были организованы и проплачены. Но те, кто

выходил в те весенние дни на улицы знают: им никто не

платил. Более того, люди сами отдавали деньги в фонд

защиты Байкала.  А вот что касается организации процесса -

да, она была. Иначе никто бы просто не знал - когда идти,

куда и зачем... Одним из инициаторов и организаторов этого

процесса был иркутянин Дмитрий Таевский. Сегодня (в

конце года принято подводить итоги) мы решили вспомнить

- как это было...

     

-- Дмитрий Александрович, весной этого года вы сумели

поднять Иркутск на бунт - против прокладки трубы вдоль

берега Байкала. Конечно, Вы действовали не в одиночку:

протестовали экологи, политические деятели и т.п. Но все эти

протесты важно было соединить воедино. Какие цели Вы

ставили перед собой, "поднимая народ на бунт"? Что Вы

считали главной задачей для себя: проявить собственную

гражданскую позицию, объединить людей в единое движение,

"продвинуть" собственный сайт?..

     

-- Основным мотивом было, вероятно, личное возмущение

ситуацией. Я как-то не склонен отождествлять мои внутренние

чувства с гражданской позицией, скорее это было осознание

принципиальной неправильности действий Транснефти.

     

Конечно, один в поле не воин, но я понимал, что у меня в руках

имеется достаточно мощный инструмент воздействия на

определенную прослойку общества. Именно эта прослойка,

получив толчок, направление движения, подняла волну протеста,

начала массовую агитацию, расклейку листовок, рассылку писем

и обращений. К тому же в любом движении необходим некий

центр, даже не столько организационный, сколько

информационный. На первом этапе таким центром стала редакция

БАБР.RU, все сотрудники которой были мобилизованы на работу

в Интернете, на телефоне, на общение с людьми. Первые две

недели мы буквально ночевали в редакции, потому что стоило

информации дойти до Москвы, и телефон звонил непрерывно.

Через две недели, когда сформировался оргкомитет

"Байкальского движения", информационных центра стало два, и

нагрузка снизилась.

     

Вопрос о продвижении своего Интернет-проекта у нас никогда не

стоял - наоборот, мы получили массу дополнительных проблем

из-за того, что возникла перегрузка сервера и каналов связи. К

счастью, наш Интернет-провайдер был полностью на нашей

стороне и с большим пониманием отнесся к этим проблемам.

     

Основной нашей целью стала, конечно, не конкретно компания

Транснефть. Это на митингах, где народу было необходимо

локализовать направление своей активности, мы были

вынуждены говорить только о Транснефти. На самом деле вопрос

стоял и стоит гораздо серьезнее - вообще о размещении вредных

и опасных производств в Сибири, о восприятии Сибири как

колонии.

     

Безусловно, во многом мной двигал интерес и к применению

Интернет-технологий в области воздействия на общественное

мнение. Как преподавателю, мне было интересно проверить

теорию, которую я преподаю, на практике. И она была проверена

и подтверждена.

     

-- Выступая против такой мощной машины как Транснефть

(фактически - против государства), не боялись ли Вы за

собственное благополучие, за благополучие своего бизнеса?

     

-- Само собой, опасался. Многие друзья, особенно из Москвы,

предупреждали меня о возможной опасности, в том числе для

меня лично. Причем опасаться приходилось, естественно, именно

за личную безопасность -- свою, своих сотрудников,

сподвижников, близких людей. Бизнес был вторичен, так как на

карту было поставлено достаточно много, чтобы рискнуть

бизнесом - к тому же он у нас не такой уж крупный. Ценность

бизнеса в информационных технологиях заключается в головах, и

именно за них нужно было бояться.

      

С другой стороны, мы трезво оценивали ситуацию и понимали,

что именно мощность и неразворотливость крупной

государственной монополии работает на нашу безопасность.

Мелкий невменяемый хулиган всегда опаснее серьезного бандита,

когда речь идет о личной безопасности. А после того, как

"Байкальское движение" набрало обороты, конкретный человек

стал играть слишком маленькое значение в общей массе, и за

свою жизнь и безопасность можно было уже не опасаться.

     

Возможно, наши противники понимали, что методами

физического воздействия можно было бы добиться только

обратного эффекта и вызвать еще большее возмущение

населения.

     

-- Известно, что по ходу борьбы Вы удостаивались таких

знаков внимания со стороны своих противников, как звонки

лично Вам. Кстати, кто звонил и о чем был разговор?

Содержались ли угрозы? Какие еще знаки внимания уделяла

Вам "Транснефть"? Не пытались ли Вас подкупить,

перековать в союзники? Были ли еще какие-либо "знаки

внимания"?

     

-- Мне несколько раз звонил вице-президент Транснефти Сергей

Григорьев. Как правило, речь шла об очередной моей

публикации, которые приходилось делать буквально через день.

В журналистских текстах мы заняли позицию трезвой оппозиции,

основанную на научных фактах и аргументах об опасности

нефтепровода с привлечением экспертов и широкой справочной

информации.

     

Поначалу меня пытались переубедить с использованием

встречной аргументации, которую Транснефть использовала во

многих дискуссиях и общественных слушаниях. Однако мы

записывали все разговоры на диктофон, и публиковали их с

комментариями экспертов, ученых и общественных деятелей,

которые разбивали аргументацию Транснефти в пух и прах.

Интересно, что некоторые достаточно крупные сотрудники

Транснефти встали на нашу сторону и через Интернет общались

со мной, подсказывая слабые места в аргументации наших

противников.

     

Угроз со стороны Григорьева практически не было, до тех пор,

пока мы не опубликовали "послужной список" президента

Транснефти Семена Вайнштока и его связи с кремлевской

администрацией. Именно после этого состоялся наш последний,

надеюсь, разговор с Григорьевым, в котором он использовал

угрозы, разного рода нелитературные выражения, а в конце

просто бросил трубку. А вот уговоров и попыток подкупа с его

стороны хватало - однако, как я понял, он плохо представлял, кто

я такой и кто за мной стоит, и потому не знал, что именно мне

предложить. Насколько я понимаю, он до последнего был уверен,

что я просто работаю на чьи-то корпоративные интересы. Вообще

на примере этого противостояния я хорошо убедился, что

чиновники из Москвы совершенно не представляют ни

менталитета сибиряков, ни уровня происходящих в нашем

обществе процессов.

     

Основные же проблемы были с местными властями. Если власти

областного уровня нас попросту игнорировали, а муниципалитет

Иркутска был полностью на нашей стороне, то иркутская

милиция достаточно серьезно препятствовала проведению разных

мероприятий, особенно несанкционированных, таких, как флэш-

мобы. Думается, что их нервировал не сам по себе вопрос с

нефтепроводом, а непонятная милицейскому пониманию

активность гражданского общества - однако мелких

неприятностей типа задержаний и допросов у "Байкальского

движения" хватало.

     

Прямых попыток подкупа тоже не было, но уже после завершения

всей эпопеи до меня доходила информация о том, что такие

попытки планировались. Не знаю, почему они не были

осуществлены - возможно, дело было опять же в

неразворотливости крупных компаний. Естественно, если бы

такие попытки были - они были бы тут же озвучены и сыграли бы

только нам на пользу.

     

-- Каковы итоги весеннего противостояния иркутян

государству? Какие уроки Вы лично извлекли для себя из

этой кампании? Поняли ли Вы что-нибудь новое - про себя,

про общество, про государство... Про Иркутск?

     

-- Я уверен, что это противостояние в первую очередь дало

понимание властям всех уровней, что с огнем играть нельзя. Я до

сих пор на разных конференциях слышу выражение недовольства

от представителей областной администрации о том, что "народ

вышел с флагами". Естественно, народ тоже понял, что голоса

даже небольшого количества людей могут серьезно изменить

ситуацию.

     

Для себя лично я понял, что никогда не надо опускать руки и

всегда пытаться найти грамотный и рациональный выход из

ситуации. Я сделал запретной для себя фразу "все равно они это

сделают". И, главное, я (и, наверное, не только я) сделал для себя

вывод, что власть в России действительно принадлежит народу -

вот только народ почему-то не торопится этим правом

воспользоваться.

     

Что касается Иркутска - я люблю этот город, я верю в него, и мне

нравится, что иркутяне в очередной раз оказались на высоте.

     

-- На Вашем сайте Вы массированно выставляете материалы

оппозиционного характера - как по отношению к

федеральной, так и к региональной власти. Вы - современный

диссидент? Вам не нравится конкретно ЭТОТ режим или

государство вообще?

     

-- Я не диссидент, я вообще очень мирный и здравомыслящий

человек, диссидентство же требует некоторой упертости и

отчаянности. Мы просто затыкаем информационную дыру, даем

населению информацию, которой они лишены в официальных

СМИ - то есть, выполняем нормальную функцию нормального

средства массовой информации.

     

С другой стороны, я лично очень не люблю, когда людьми

манипулируют, когда их откровенно обманывают, и против этого

я буду всегда открыто выступать. Я отнюдь не считаю

существующий политический режим резко негативным - я жил в

советское время и могу сравнивать как плюсы, так и минусы

нынешней России. Хватает и плюсов, хватает и минусов. Но

хотелось бы больше плюсов - а за это нужно бороться, никто

просто так к нам не придет и пряник в рот не положит.

     

-- Каковы Ваши политические убеждения? Принадлежите ли

Вы какой-либо партии, кому из политиков симпатизируете...

     

-- Отвечу старой шуткой: "мое политическое кредо - всегда". Я

принципиально отстраняюсь от любых политических течений и

партий, так как находиться в союзе с кем-либо - означает терять

независимость.

     

Я стараюсь одинаково общаться со всеми политиками и

политическими партиями - от НБП до Единой России. У всех есть

свои положительные стороны, есть и свои "тараканы", и, как

человеку скорее восточному, чем западному, мне кажется

правильным использовать положительные стороны всех.

Единственное, что я откровенно не приемлю - это национализм в

любых его формах и проявлениях.

     

Ну а на личном уровне мне глубоко симпатичны такие политики,

как Рыжков и Козьмин. Это не означает, что я приверженец СПС

- к примеру, Сергей Левченко мне тоже нравится, а Лимонов - не

очень, несмотря на то, что с иркутским отделением НБП мы в

прекрасных и даже дружеских отношениях.

     

-- В свое время Вы получили техническое образование, потом

стали компьютерщиком, потом - педагогом. Кто такой

Таевский сегодня - журналист? Редактор? Создатель сайтов?

Оппозиционер? Кто-то еще?

     

-- Я закончил три вуза. Особых причин для этого не было никаких

- так сложились обстоятельства, и мне просто нравилось и

нравится учиться. Сначала закончил геофак Иркутского

госуниверстета, три года работал в экспедициях, одновременно

учился на заочном в Новосибирске по специальности

фотограмметрия. А затем увлекся компьютерами и поступил на

кибернетический в иркутский политех. К счастью, в советское

время с поступлением и учебой проблем не было, так как все

было бесплатно.

      

А потом начался российский капитализм, пришлось создавать

свою компьютерную фирму, заниматься разработкой программ,

затем Интернет-проектов. Впоследствии в фирме образовалось

подразделение, занимающееся компьютерными курсами, которые

потом вылились в частную школу.

     

Что касается журналистики - пишу я лет с 12, еще в "Пионерскую

правду" писал заметки. Это просто внутренняя потребность.

Поступать на журфак меня отговорил тогдашний главный

редактор "Восточно-Сибирской правды" Геннадий Бутаков, о чем

я не жалею, так как журналистика советского образца - это явно

не то, чем я хотел бы заниматься. Однако отсутствие

специального образования, как мне кажется, не мешает мне

писать самому, быть редактором Бабра и преподавать на

факультете журналистики.

     

Кто я сейчас - мне сложно определить. Мне очень многое

интересно в жизни. Хотя на самом деле мне больше всего

нравится писать и заниматься историей религии, и если бы была

такая возможность - я бы предпочел все-таки отойти от дел и

писать книги. Хотя мои близкие утверждают, что это всего лишь

мечты, и я умер бы от скуки.

     

-- Последний вопрос. Какую с Вашей точки зрения роль

играют сегодня в обществе СМИ? И какую - Интернет? Что

сегодня является ведущей и организующей силой и есть ли в

принципе такая сила?

     

Несмотря на то, что власти старательно выстраивают СМИ в

нужную для них линейку, заткнуть всем рты очень сложно - а,

следовательно, СМИ продолжают существенно влиять на

общество. Интернет пока играет в этом не первую роль, так как в

Интернет ходит от силы одна шестая часть населения страны,

однако именно Интернет остается островком свободы слова, а,

следовательно, может организовывать и направлять гораздо

лучше, чем телевидение с его гигантской аудиторией. Дело в том,

что телевидение воздействует на самые пассивные слои

населения, а в Интернет ходит молодежь и те люди, которым не

все равно.

 

Беседовала Елена ВЕСЕЛКОВА

 

30/11/06


  На первую страницу
  Cмотреть анонсы всех последних публикаций рубрики
  Cмотреть в архиве рубрики

Рекламные ссылки:

   
Написать отклик: itg@tinf.irk.ru
  
Условия размещения рекламы на сайте
Подписка на издание
Выходные данные